Военно-исторический клуб «Каролинг» — о русских традициях и своей собственной истории

Руководитель Александр Ситков и участники клуба, Александра и Анатолий Саблины, вспомнили, как создавался «Каролинг», рассказали о культуре древних славян и поделились рецептом приготовления сбитня, медового напитка.

(Фотография из архива Александры и Анатолия Саблиных)

В Доме офицеров есть большой паркетный зал, где, будто изломанная, лестница ведёт на чердак. Как в Средние века в любом замке существовал укромный уголок в виде широкого вместительного балкона, с которого взглядом можно охватить всё пространство, так и здесь есть неприметное с виду место для воссоздания из пыли времён давно забытые истории.

За широким столом сидит наставник в нахлобученной на голову меховой шапкой, на подобие тех, что носили во времена Юрия Долгорукого. Рядом два подмастерья штопают себе будущие шапки. Льняной нитью, как и сотни лет назад, стежками вручную скрепляют две части головного убора. Опыта у них ещё маловато, а вот будут постарше, смогут сделать шапку и из четырёх, шести клиньев на льняной подкладке, оторочив мехом. Эти двое братьев, Илья и Павел Скоробогатые, похожие как две капли воды, на праздновании одиннадцатилетия Молодёжного Центра показательно бились на мечах.

Наставник достал из большого деревянного сундука продемонстрировать мальчишкам кованый шлем. Старался аккуратно положить на стол, но вещь из стали настолько тяжёлая, что звонко соприкоснулась с поверхностью. В свете висящей на узорчатом потолке люстры каждое колечко кольчуги отливало серебром. Наносник образовывал две тёмные зияющие дыры под глаза отсутствующего рыцаря, и, глядя в эти бесплотные глазницы, становится мрачно, как от всех известных летописных воспоминаний о Средневековье.

Наставник и руководитель клуба «Каролинг» — Александр Ситков. Диплом радиотехника, сам специалист по средствам связи и радионавигации судов. За его плечами служба во флоте, в Военно-космических войсках, и в отделе милиции Краснознаменска. «Когда вышел на пенсию, я был молод и полон сил. Минуло два года. Сейчас-то я постарел», — смеётся в бороду (точь-в-точь боярин во времена Ивана Калиты). Называя себя «скупым рыцарем», гремя связкой ключей, раскрывает тайники, вынимает на свет платья, обувь, украшения, кухонный инвентарь.

«Требования к реконструкции повышаются. Мы узнаём, во что одевались предки, изучая археологические раскопки; как и учёные, из деталей восстанавливаем образы минувших эпох», — сказал Александр Ситков. И указывая на шершавую ткань, объяснил: «Это домоткань. Её, или очень похожую на ручное изготовление, закупаем у бабушек или перекупщиков. Исследователи откапывают в захоронениях кусочки тряпочек. Например, в Скандинавии находят фибулы, заколки (держали бретельки женского сарафана), на обратной стороне которых отпечатался узор материала».

Однажды его дочь Ксения пришла домой и сказала: «Пап, я хочу себе меч». Конечно, папе слышать такое отрадно. Затем дочь появилась с синяками на руках, но с горящими от восторга глазами. «С друзьями сражаемся на мечах». На что отец удивлённо поднял бровь: «Руки чем защищаете?» «Ничем», — последовал ответ. Озадачившись этим (ребята без инструктора могут себя покалечить), Александр нашёл контакты таких же увлечённых, как и дочь, — реконструкторов из военно-исторического клуба «Каролинг».

«Мы пришли туда в конце 2008, дочь привела с собой ещё и половину своей тусовки. С нашим прибытием, в организацию будто вдохнули новую жизнь».

Махать мечами — это часть дела. Но соответствовать представляемой тобой исторической эпохе, значит, по источникам делать костюмы. «Дочери нужно было сшить такой. Я нашёл подходящую литературу, перерыл весь Интернет, перелопатил множество групп и форумов, прежде чем отыскал нужные. И очень увлёкся женским костюмом. Сейчас всех девчонок, которые приходят в клуб, консультирую по деталям и пошиву. Мы используем швейную машинку, чтобы сделать чехлы, палатки, детали доспехов. Всё остальное по старинке вручную».

Пришло лето 2009-го, а с ним и пора, когда реконструкторы ездят на значимые масштабные встречи. «Фестиваль — венец всего творчества, — с улыбкой говорит Александр. — Долгое время изучаешь архивы, делаешь себе наряд, а потом на короткое время выезжаешь в старый замок или на поле исторической битвы, раскрываешь шатры… Рыцари, облачённые в латы, женщины в льняных платьях в пол устраивают пиры — вот он долгожданный средневековый антураж».

Ксения тоже захотела принять участие в одном из таких мероприятий. Александр решил не отправлять четырнадцатилетнюю девочку одну. Потому поехал вместе с ней.

«Мы были под Рязанью, где в 1378 году русская рать Дмитрия Донского билась на реке Вожа с войсками Золотой Орды и одержала победу. Считается, что это стало предтечей грядущей через два года Куликовской битвы».

Тот фестиваль покорил Александра Ситкова. Потрясающе красивое место — река, некошеное поле, по которому гарцевали лошади. Днём устраивали показательные битвы. Вечером разжигали костёр, плясали и пели песни. Приезжая фолк-группа играла на волынках и барабанах. Вдоль шатров горделиво вышагивали реконструкторы в замысловатых кафтанах, домотканых рубахах с вышивками. «Среди участников были те, кто разместился в красивых шатрах, но почти половина, как и мы, заставила Волжское поле туристическими палатками. Как-то это всё выглядело „не так“. И после поездки в клубе начали постепенно происходить изменения».

* * *

На лестнице послышались шаги. В клуб заглянули другие участники «Каролинга» — «семейство Саблиных» — Александра и Анатолий, одни из тех, для кого Средневековье стало общим интересом. Они присоединились к рассказу.

(Фотография из архива Александры и Анатолия Саблиных)

* * *

В 16 веке в нашу страну приезжал австрийский посол Сигизмунд Герберштейн, после которого осталось очень много интересных рисунков повседневной жизни Руси. Тогда редко иллюстрировали быт, чаще рисовали образы высокопоставленных людей. Лишь на иконах и фресках, дошедших до нас, присмотревшись к заднему плану, можно рассмотреть в одеянии второстепенных персонажей детали одежды того времени: на каком уровне ноги заканчивается длина кафтана, где располагались пуговицы и застёжки, в сапогах или в обмотках ходил простой люд.

«История собирается по крупицам. В сохранившихся берестяных „письмам“ читаем, чем жил народ. Например, человек пишет кому-то „передай мне столько-то денег и волоту, а то здесь холодно“. Что за „волота“ такая? Учёные сравнивают с предыдущими этнографическими находками, лингвисты изучают написания. И выясняется, что это „плащ“. Или вот, нашли письменную жалобу — монахи рассказывали князю, что их ограбили и раздели до „сороцице“, то есть до нижнего белья. Отсюда складываем, что в слоях одёжи было и нижнее белье», — поясняет Александр Ситков.

Женщины южных княжеств носили понёвы — трёхчастную юбку из шерстяной, льняной или конопляной ткани ярких цветов — красной, синей, зелёной или чёрной. Её могли подобрать, заколоть на полевых работах. Многослойность давала не только внешнюю пышность наряда, но и защищала поясницу от продувания.

Древняя жизнь была пропитана магией и духовностью, согласно этому, даже в одежде фигурировали символы, защищающие от нечисти. Женщины носили длинные платья, скрывающие от «дурного» глаза. На подоле, рукавах, поясе вручную вышивали символические рисунки. Например, перекрещенный квадрат или ромб с точками означал засеянное поле и сулил плодородие. Подпоясывались тоже неспроста — оберегали свой стан. Рукава сарафана, рубашки закреплялись браслетами.

В каждой деревне были свои традиции и культура одеваться, но все русские женщины любили шумящие обереги. Считалось, что звон отгоняет злых духов. Обереги крепились к платью булавкой или носились на поясе. Состояли из фигурок того, чего женщина себе желала: серп для урожая; ложка для сытости; ножны для ножика, чтобы не порезаться; ключ для защиты дома; гребешок для красоты; уточка, как знак плодородия (у славян и финно-угров).

Наши предки очень любили бусы. В Европе, во времена крестовых походов, преобладал некий аскетизм, и украшения были скудными. Славяне же носили ожерелья из сердолика, агата, стекла с золотым напылением.

Девушки и женщины простоволосыми не ходили, неприлично. На голову повязывали платок или иной головной убор, в зависимости от территории проживания, — кокошники, «сороки», повойники. Надевали очели (то есть «на чело», на лоб), украшали височными кольцами, которые несли в себе информацию о жизни женщины — девушка ходила с одной парой колец, замужняя — с двумя, а несколько пар сообщали о количестве детей.

Большой материал находок предоставляют раскопки в Новгороде, Суздали. Часто там встречаются остатки золотного шитья. Из золота вытягивалась тонкая проволочка, перекручивающаяся с шелковой нитью. А затем вышивали воротники, опястья (манжеты), очелье.

«Этого у нас не отнять — мы любим все яркое. Красиво жить не запретишь», — подчеркнул Александр.

Хотя некоторые находки, порой, вводят археологов в ступор. Нашли как-то раз жалобное письмо, в котором крепостные рассказывали, как их ограбили и украли серебряное очелье с жемчугами да шелковый опашень (то есть длиннорукавную одежду). Так это бояр ограбили или крестьян?

* * *

Саблины разместились на покрытых звериной шкурой скамейках. Анатолий достал из сундука что-то вытянутое и замотанное в тряпку. «Многие ошибаются, когда думают, что клуб „Каролинг“ ведёт своё название от французской династии. Нет», — и Анатолий уверенным движением вытащил меч из ножен. Вместительная рукоять с треугольной гардой и длинный клинок с глубоким желобом, отливающим серебром. «Холодное оружие каролингского типа с широким лезвием и выраженным долом, характерно для раннего средневековья».

Осенью 2002 года три человека открыли клуб на подобие московского «Аркона». В апреле 2003 набрали почти сорок ребят в возрасте тринадцати лет, фанатевших по «вселенной» Джона Толкиена. «Среди них был я, и нынче числюсь старожилом, — вспоминает Анатолий. — Мы убегали в лес, делали из веток мечи, из штор плащи, и тренировались на полянке за старой баней. Мастерскую открыли на балконе у одного парня.

В 2004 году на одной из учебных встреч собрались под пятьдесят новичков с деревянными мечами, черенками от лопат, в шинелях вместо кольчуг. Нас сразу же оформили как дочернюю организацию Молодёжного центра, дали небольшое помещение на Советской улице, дом 6, где мы занимались фехтованием, ролевым движением. Но реконструкция оставалась в зачаточном состоянии.

В 2005 состоялось первое наше официальное клубное выступление. Мы тщательно подготовились к такому событию, пошив соответствующие костюмы и обувь. После этого, воодушевившись, начали ездить на исторические фестивали.

(Фотография из архива Александры и Анатолия Саблиных)

Были на нашем веку взлёты и падения — люди то приходили, то уходили. Не оставались те, кто думал, что наш клуб — это только возможность помахаться мечом в свободное время. Это трудоёмкая реконструкторская деятельность. Долгое время у руля был Александр Кисюк, он и выбрал крен для развития клуба — 13−14 век с изучением Руси и Тевтонского ордена в этот период».

В 2012 году руководителем был выбран Александр Ситков.

* * *

(Фотография из архива клуба «Каролинг»)

В 2011 вновь открылся для клуба фестиваль «Битва на Воже». «Каролинги» развернули уже собственные шатры, варили снедь в кованых котлах, заказанных у кузнеца, ели из керамической и деревянной посуды, сделанной по образу и подобию эпохи. Тот год даже стал рекордным по количеству таких масштабных встреч — семь за сезон!

Начиная с ранней весны до поздней осени ребята посещают фестивали, на которых самое ценное для любителей реконструкции — это атмосфера воссозданного кусочка истории.

«…Огромный фестиваль раскинулся на залитом солнцем поле, — с удовольствием вспоминает Александр Ситков. — Только представьте, вы сидите у костра, потрескивают поленья. Кто-то тихо запевает казачью песню, остальные подхватывают, и вот голоса сливаются в раскатистый баритон.

Несколько женщин нашли в деревне бабушку, у которой брали молоко. Я подключился к ним, чтобы отыскать мёд для приготовления пряного напитка — сбитня. Мы пошли по деревне, облачённые в традиционные костюмы, напевая песню Любэ „Полюшко моё, родники,/ Дальних деревень огоньки,/ Золотая рожь да кудрявый лён / Я влюблён в тебя, Россия, влюблён“. Светило закатное солнце, зажигались огоньки в окнах, стрекотали кузнечики… Ух, аж, голову кружит до сих пор от осознания, что, правда, прикоснулся к живительному роднику истории Руси, к источнику, из чего исходит всё это… русское».

(Фотография из архива Александры и Анатолия Саблиных)

Рецепт сбитня

(Фотография из архива Александра Ситкова)

Впервые сбитень упоминается в известном произведении древнерусской литературы — «Домострое» (16 век). Вариантов приготовления сбитня много, традиционно, на хмелю и вине.

Но Александр Ситков, как поборник трезвости, с удовольствием поделился рецептом безалкогольного медового напитка 19 века.

«Главный ингредиент — мёд. Его растворяем в горячей воде. Сложно указать точную пропорцию, ведь у каждого свои пристрастия. У сладкоежек сбитень похож на горячий сироп. А иной раз и на сладкий чай. Но в норме мёда нужно около 250 г на литр. Кто-то также советуют и 150 г мёда и 150 г сахара.

Дальше чистейшее творчество. Всегда кладу корицу, имбирь, гвоздику, перец (черный ли, красный, молотый или горошек… любой, только не болгарский).

Если есть желание, то и мята даст свой аромат, кардамон и мускатный орех. Я могу добавить и яблоко, шиповник, изюм и чуточку бадьяна. И… пусть будет Вам вкусно!»

Доброго дня!




© 2001–2017   Творческое объединение «Твой электронный город — Краснознаменск.ру»

Произведения, защищенные копирайтом можно использовать для цитирования сообщений в СМИ, научных исследований, обучения, комментариев и критики, но с обязательной ссылкой на источник и использованием не более нескольких абзацев авторского текста.